|
|
Специальный приз Малого жюри "Поэт и толпа": Резник Наталья . США
Король поэтов: Бах Ахмедов Узбекистан
Вице-королева поэтов: Игнатьева Мария Барселона Испания
Герольд поэтов: Ховрин (Галамага) Андрей . Швейцария
Бах Ахмедов
Узбекистан
Победитель Король поэтов |
 |
Родился в Ташкенте в 1967 г.
Закончил физический факультет МГУ и аспирантуру физфака МГУ. Кандидат физико-математических наук.
Пишу стихи и прозу. Имею публикации в местных и зарубежных журналах, а также несколько публикаций в Интернете.
Женат, имею двоих детей.
В данное время живу в Ташкенте, Узбекистан.
Думаю, что на мое творчество оказали огромное влияние романы Ф.М.Достоевского, учеба на физфаке МГУ и философия экзистенциализма.
|
|
|
В высоком лондонском кругу....
В высоком лондонском кругу
Витают черные квадраты.
И свет весеннего заката
Венчает длинную строку.
Искрится красное вино.
Вокруг мелькают чьи-то лица.
Зачем мне вечер этот снится
И вертится...
Показать творчество участника полностью
|
В высоком лондонском кругу....
В высоком лондонском кругу
Витают черные квадраты.
И свет весеннего заката
Венчает длинную строку.
Искрится красное вино.
Вокруг мелькают чьи-то лица.
Зачем мне вечер этот снится
И вертится веретено?..
Ведь нам друг друга не узнать
В сетях совсем чужого круга.
И только облачко испуга
Наш облик будет повторять.
А после будет чудный вальс.
Я приглашу тебя спокойно.
Мне танцевать совсем не больно.
- А как зовут сегодня вас?.
Судьба? Безумие? Финал?
А может, просто странный опыт?
К чему весь этот груз и ропот?
Лишь чуть сильнее руку сжал.
Пускай же музыка звучит
И речь на языке английском.
Мы оказались слишком близко,
Но нас молчанье защитит.
Ни слова больше. Где-то там
Усталый дирижер и скрипки.
А здесь лишь свет твоей улыбки,
И Лондон, что приснился нам.
1.
Рассматривая картину средневекового китайского художника.
Иероглиф судьбы черной тушью на тонкой бумаге.
И прозрачный пейзаж, где гора, и тропинка петляет.
И глядишь, и как будто бы слышишь журчание влаги.
И как будто бы видишь, как старый монах у ручья отдыхает.
И подумаешь грустно: какое по счету рожденье?
Через сколько еще предстоит мне пройти умираний?
В этом мире, где каждый сражается с собственной тенью.
В поднебесной, где спрятана где-то ошибка страданий.
Иероглиф судьбы, но прозрачна картина, как воздух,
чтобы свет нам дарить, и тропинкой вести на вершину.
Где ладони щекочут большие колючие звезды,
И монах, улыбаясь, глядит на ночную долину.
2.
День клонился медленно к закату.
Часовая стрелка вниз ползла.
Я писал элегию возврата,
но и в этот раз ты не пришла..
Значит, буду снова в этот вечер
я спокоен, тих и одинок.
И вокруг меня простые вещи
оживит своим дыханьем Бог.
3.
я думал, что мир - это звук
я думал, что жизнь - это нежность рук
я думал, что смерть - это тишина перед хором
я думал, что время - это двух стрелок ссора
но оказалось, что мир - это усталость ветра
но оказалось, что жизнь - ожиданье рассвета
что стрелки ссоряться только с вечностью
и что мы обесцвечены нашей беспечностью
а хор небесный звучит постоянно,
но мы не слышим его, вот как странно...
4.
Кьеркегор.
Я весь вечер провел в ожидании,
В ожидании гостя из Дании.
Одинокого и единичного,
Что прославил величие личного.
Я сидел над великою книгою,
Я читал, как он вечностью двигает.
И не мог я уснуть в ожидании,
В ожидании гостя из Дании.
И прочел я про опыт отчаянья.
И созрело мое ожидание.
И узнал я, что опыт познания –
Лишь Вселенной незримой сияние.
А рассвет одарил меня нежностью
И повеял небесною свежестью.
И сидел, словно ангел, на здании
Грустный гений из маленькой Дании.
5.
Тишина. Ожиданье свободы.
Ожидание снега и сна.
Чем прозрачнее образ природы,
Тем прекрасней ее тишина..
И в холодном присутствии ночи,
На краю опустевших миров,
Ты до боли увидеть захочешь
Как снимается с тайны покров.
Как привычка потерянно бродит,
на стекло ледяное дыша.
И, готовясь к последней свободе,
замирает в испуге душа.
6.
...Голос времени, охрипший
от куренья и питья.
Волос, к темени прилипший
на границе бытия
Быт нелепый и убогий,
Мойры ласковый шлепок.
Но устали даже боги
целовать тебя в висок.
А Харон все чинит лодку -
то ли чинит, то ли спит...
Променял весло на водку
и забыл про свой Аид
Значит и тебе отсрочка,
Значит жизнь чуть-чуть длинней.
На полдня, на дождь, на строчку
предпоследнюю о ней.
7.
Судьба имеет право на поэта.
Она его дыханием согрета.
Бессоницей, усталостью, запоем,
и утренней кошмарной пустотою.
Она за ним ходила, как собака.
И слезы вытирала, если плакал.
А если забывал, что плакать надо,
была ему о том напомнить рада.
Она следила ревностно за рифмой.
И жизнь его своим сверяла ритмом.
А если он сбивался, пусть невольно,
Она его по пальцам била больно.
Порою отнимала вдохновенье.
Порою нависала страшной тенью.
Порой на дно безжалостно бросала,
Но каждый раз от гибели спасала.
Поэт ее почти что ненавидел.
Он был бы рад, да выхода не видел.
Он был бы рад к другой, да слишком поздно -
Талант уже сверкал над шеей грозно.
Судьба имеет право на поэта.
А у него холодная котлета,
немытая недельная посуда,
наивная, как прежде, вера в чудо.
Он снова одинок, и снова болен.
Он снова отрешен и алкоголен…
Смеется и судьбе всё подливает,
и смерть за плечи нежно обнимает.
Поэт имеет право быть на грани.
Надежду не искать в пустом стакане.
Познание смешно и иллюзорно.
Заботиться о времени позорно.
Поэт имеет право на молчанье.
И может, даже больше - на забвенье.
А мы обречены на вспоминанье,
круженье, постиженье, возвращенье.
8.
Я вновь в стране, где черные такси
Питаются усталостью прохожих.
Где высший символ правды - ВВС,
Да приговор суда еще, быть может.
Здесь каждый день дожди – исправно дань
Природа платит сентиментализму.
Не скажешь даже утке здесь: «Остань»,
Что просит хлеба, строго глядя снизу.
Здесь каждый знает все свои права
И носит их, что рыцарь твой - доспехи.
Подстрижена зеленая трава
И в дневниках отмечены успехи.
А над моею крышей белый флаг.
И мой запас тоски давно истрачен.
И я гляжу, как в небе тает знак,
Моей такой удачной неудачи.
9
Доктор МакФил
Доктор МакФил
после работы
по пабам ходил,
и в каждом он пил
разное пиво,
чтобы казаться себе счастливым,
нежным и мудрым,
слегка ироничным
и в меру циничным.
Ни с кем не вступал он в прения
И соглашался со всеми,
Поскольку считал, что споры и трения –
Слишком тяжелое бремя.
Его знали бармены и завсегдатаи пабов,
А он постоянно путал их имена
И говорил: «Сегодня моя жена
меня не ждет, хотя и могла бы…»
Но все хорошо знали, что нет никакой жены.
И он знал, что все это знали.
Нет, алкоголиком его не считали,
Скорее поэтом темного пива, верящим в сны.
А он был физик, и притом весьма неплохой.
И днем это был совершенно другой человек.
Сдержанный, умный, почти сухой
в обращении с коллегами, державший всех
аспирантов в плену дисциплины и правил.
За его спиной шептали: вот наш педант,
уж лучше б он нас в покое оставил.
Но все, как один, соглашались: талант,
каких мало, генератор идей.
Потрясающий нюх, интуиция, глубина.
Чем бы была наука без таких вот людей,
Умеющих видеть до самого дна?
….…………..
И никто из коллег не знал, что по вечерам
доктор МакФил уходит от времени,
садится за стол со стаканом и в темени
стучит все одно и то же, и по утрам
все трудней и трудней просыпаться
и вспоминать свое имя или название станции точное,
где ему выходить и бежать, а потом улыбаться
коллегам, студентам и прочим, стоящим цепочкою,
вокруг его жизни, которая давно закончилась,
но по инерции ищет свое продолжение,
как душа ищет выхода, в темнице тела ворочаясь,
как суббота ждет с нетерпением первых часов Воскресения.
Обсудить на форуме | Послать сообщение | Вернуться на страницу поэтов
|
| |
